Чему меня научили сотрудники, которых я был вынужден сократить

Я часто задумываюсь: а что происходит с людьми, с которыми пришлось расстаться ради оптимизации расходов? Ведь я был вынужден резать, как говорят, по живому. Тем более что большая часть людей, с которыми я простился, настоящие спецы. Нас связывали (и связывают) и человеческие, и профессиональные отношения.

Тяжело в ученье — легко в бою

С сентября 2008-го штат нашей компании сократился на 220 человек. Многие покинули компанию сами. В том числе несколько моих любимых работников. У всех были свои причины, я отнесся к их уходу с пониманием.Через какое-то время я посмотрел на результаты в целом: что же стало со всеми этими людьми?

И испытал облегчение, вспомнив про жесткий отбор, которым славится наша компания при заполнении вакансий. Выяснилось, что работали у нас действительно сильные профессионалы, незаурядные личности. Принесла плоды и наша система тренингов, с помощью которой мы неустанно шлифовали специалистов все эти годы — иногда до навязчивости, как некоторые пеняли мне в докризисное время.

Теперь не пеняют. Потому что и то и другое принесло свои плоды — и именно в кризисное время!

Большая часть людей относительно быстро устроилась на другие предприятия — своими силами. Это означает, что репутация Gameland на рынке высока, и я рад быть к этому причастным. Часто наши рядовые сотрудники занимают в других компаниях позицию на 2-3 уровня выше.

Существует ли природная ответственность предпринимателя перед сотрудниками?

Об этом сейчас много пишут, иногда просто впадают в истерику, превращая бизнесмена в директора этакого собеса для инвалидов и малоимущих.

Утверждаю: социальная ответственность работодателя ограничена физически. Я не могу отвечать за жизнь людей вне рамок, которые очерчены трудовым законодательством, — за их здоровье, например, ориентиры, душевный комфорт, личные срывы-падения и т. д. Да, я могу многое делать для улучшения ситуации. Могу, но не обязан.

Мне приятно отвечать за высокий профессионализм работника, то есть за его доход, кошелек. Ведь этот доход в конечном счете принесет ему и правильные жизненные ориентиры, и возможность следить за своим здоровьем, и душевный комфорт, который испытывает мужчина в кругу семьи, справляясь на отлично с ролью «добытчика».

И когда я увидел, что наши люди в кризисное время не пропали, а оказались востребованными как профессионалы, я понял: со своей личной социальной ответственностью я, пожалуй, справился.

Микробизнес — всем ли он под силу?

Сама собой проявилась еще одна составляющая этой ответственности. Мне хотелось, чтобы в нашей компании свободные мощности работали.

Всем сокращаемым работникам я предложил под патронажем нашей компании начать собственный динамичный микробизнес. Рынок труда был тяжелый, и вместо месяцев поиска кто-то, возможно, предпочел бы не простаивать ни дня. Бесплатные ресурсы были следующие (и кстати, остаются до сих пор, ибо открыты для всех в любое время): офисные площадки с полным комплектом коммуникаций, юридические и менторские консультации, а также все наши медийные возможности для рекламы.

Я сказал: пожалуйста, пользуйтесь возможностями нашей компании. Выберите каждый для себя сферу услуг в очевидном секторе, где можно (и нужно!) очень быстро заработать деньги «для поддержания штанов». Используйте свои профессиональные знания, предлагая услуги, которых так не хватало до кризиса. К тому же это хорошая возможность спастись от уныния, оглядеться по сторонам, отдышаться — и задуматься о стратегии личного будущего.

Результат оказался таким, что даже и не знаю, радоваться или печалиться. Откликнулось меньше десяти человек. Это как понимать? Значит, трудности на рынке труда не такие уж большие? Не буду вдаваться в рассуждения о двух разных типах людей: с предпринимательской жилкой — и без оной, когда человеку достаточно быть наемным работником.

Не всегда очевидное оказывается вероятным

Ошибся я и в другом. Все наши ребята, как правило, являются хорошими специалистами в своей области. Я предполагал, что они естественным образом конвертируют свои крепкие знания в предоставление услуг.

Моя логика сработала только в одном случае. Издатель журнала «Вышиваю крестиком» открыла магазин продаж наборов для вышивания крестиком.

Двое ребят (специалистов-тестеров компьютерного «железа») открыли интернет-магазины по продаже автозапчастей.

Двое ребят из «Хулигана» открыли маркетинговое агентство и уже получили хорошие заказы.

Еще два парня создали агентство, специализирующееся на исследованиях и маркетинге в области видеоигр.

Следующее предприятие — школа мультимедийной журналистики, созданная еще двумя сотрудниками.

Но больше всех меня удивила и порадовала смелостью пиарщик журнала Smoke. Она инициировала создание клуба любителей сигар в сегменте люкс. Мы с ней долго спорили по поводу статуса клуба.

Я считал, что нет смысла делать клуб для избранных. Она же настояла на своем и доказала свою правоту. Сейчас в стенах этого клуба с очень высоким статусом (я туда уже не прохожу, кстати) для тестирования сигар собираются просто чумовые клиенты! Рекламодатели стоят в очереди, ждать нужно несколько месяцев.

Является ли микробизнес спасением от безработицы? Заменой высокой профессиональной зарплате? Однозначного ответа на эти вопросы наши кейсы не дали.

Во время январских каникул мы собрали микроконференцию по поводу состояния совместных предприятий, созданных в стенах нашей компании. В этой сфере обнаружилось много любопытного и познавательного (в том числе и для меня самого). Удивили закономерности в разных, казалось бы, секторах. Об этом, а также о проблемах в такого рода партнерстве я расскажу в следующей статье — это отдельная тема.

Автор — основатель и генеральный директор медиакомпании Gameland