Андрей Ургант: "Во время кризиса становлюсь богаче"
Дорогие новогодние вечеринки с приглашением звезд шоу-бизнеса в этом году из-за кризиса будут скромнее. Об этом, а также о своем отношении к деньгам и экономическому кризису, о сыне Иване Урганте и маме Нине Николаевне Ургант рассказал известный актер театра и кино, ведущий телепрограммы "Встречи на Моховой" Андрей Ургант.
- Андрей, вам приходилось играть финансистов?
- Да, неоднократно. Меня даже убивали несколько раз. Я играл коррумпированных чиновников, играл каких-то банкиров…
- Мне кажется, для этого нужна голова совсем другая. Во всяком случае, не такая, как у меня.
- А вы совсем не имеете склонности к финансам? Совсем?
- Я мот и транжира. А потом, я так поздно стал зарабатывать свои первые деньги, которые можно было назвать деньгами, на которые можно было что-то купить…
- Какая это была сумма?
- Первая запомнившаяся сумма… Это было такое произведение… Это был сценарий дня рождения Андрея Александровича Миронова. Его уже не было на свете. Мы делали такой большой спектакль. Я его даже не вел. Вел его Сема Фурман. А мы с моим приятелем писали сценарий. Я получил по тем временам 10 тыс. рублей и мне казалось, что это астрономическая сумма. Что-то я купил сразу там. По-моему, за 7 или за 8 тысяч я купил длинную роскошную шубу одной своей знакомой барышне. И все. И на этом всё накопление финансов кончилось.
А вот когда были все эти дефолты, падения, зачеркивания нолей, к этому времени я всегда подходил с нолем рублей. И я всегда считал, что я становлюсь богаче.
- Андрей, скажите, тот кризис, который сейчас происходит, с вашей точки зрения, отличается от предыдущих кризисов?
- Я в этом не очень разбираюсь. Вот времени у меня стало побольше, потому что многие организации, те же самые банки, какие-то большие корпорации, заводы, фабрики отменяют новогодние представления. А для меня это самая главная статья доходов.
Ни в кино и ни в театре так высоко мой труд не ценится, как на частных вечеринках. Руководство компании хочет, чтобы на его празднике был хороший профессиональный ведущий, и не просто хороший, а именно, скажем Андрей Ургант. Или мой сын. Тогда человек, как правило, не скупится. Он хочет, чтобы это было красиво. Но работа, эта, поверьте мне, адовая.
- Если б у вас была сумма, такая, какая вам мечтается. Какая это сумма должна быть? Миллион, миллиард, триллион?
- Я отвечу уклончиво, хотя я не боюсь назвать эту сумму, потому что для меня, что триллион, что биллион.
Я бы купил маме достойную её квартиру. Там сейчас есть какие-то проблемы, и мы с Ванькой занимаемся этим вопросом. Может быть, там что-то и получится, может быть, на это как раз у нас вдвоем денег хватит.
- Шоу-бизнес бурно развивается. В США звезды сколотили себе большие состояния, не только потому, что они получают большие гонорары, а и потому, что они этими деньгами как-то распоряжаются, куда-то их вкладывают.
- Конечно, если человек получает деньги, он ими и распоряжается. А если я не получаю деньги, то я и распоряжаться ими не буду учиться. Они-то ребята с миллионными гонорарами. Но это тоже мозги надо включать. Или подключать к этому людей, которые в этом разбираются. Вкладывать свои капиталы, вкладывать их в производство, вкладывать их в производство фильмов, создание какой-то киностудии или создание сети ресторанов, кафе, как это Шварценеггер делает. С Брюсом Виллисом или с кем-то другим.
- Куда бы вы вложили деньги, если бы зарабатывали гораздо больше, чем сейчас?
- Мне было бы очень интересно иметь ресторанный бизнес, но я знаю, что это такое. Это надо там пропадать. Потому что ничего не сдвинется с места. Требуется личное присутствие.
- Вы бы рискнули в паре с каким-нибудь инвестором создать ресторан? Создать свою атмосферу?
- С удовольствием попробовал бы этим заниматься. Потому что надо обеспечивать себе какие-то тылы. Не то, что я боюсь, что у меня не будет завтра работы. Будет работа. Переживали мы время, когда действительно не было работы.
Вот мой сын уже получал образование в такой атмосфере, когда уже не было страха тотального. И он уже вырос более-менее свободным человеком. Благодаря своему труду, не покладая рук. Он занимался этим день и ночь. Закончил вуз. Потом пошел на радиостанцию какую-то работать. Потом поехал в Москву на один кастинг, на другой. Так что он не блатной мальчик. А потом, виден результат его работы. Я вижу качество.
- Семья Ургантов действительно очень известная. Это и культура и атмосфера. Почему бы не сделать такой ресторан, где вся семья будет периодически появляться. Семья - это визитная карточка ресторана, гарантия духа, атмосферы.
- Теоретически это возможно. Ну, мама не будет, конечно, этим заниматься.
- Вы знаете, раз в месяц придти в ресторан, чтобы пообщаться со своими знакомыми, этого достаточно, чтобы….
- Я даже не понимаю, с какого конца подступить к этому….Как-то надо организовать себя, на себя со стороны посмотреть, как отказаться от вредных привычек, которые мешают жить.
Иногда хочется просто спрятаться за стакан, залить бельма, как это делали многие. Это вообще свойственно нашей ментальности российской. Залил бельма, и хоть трава не расти. Но за это же не спрячешься. Кто за это прятался, либо погиб, либо потерял профессию, а многие и жизнь. Как Андрюшка Краско. Человек уходил, я ничем не мог ему помочь. Я ему говорил: "Останься. Ты же здесь нужен, на этой земле." А он: "Скучно, неинтересно".
- Читал недавно о ваших гастролях со спектаклем "Дворе других" аж на Сахалине. Вот такие далекие, наверное, тяжелые гастроли это для вас больше заработок, или больше удовольствие?
- Антреприза - это не основной мой заработок. Сейчас это Пятый канал телевидения. Передача "Встречи на Моховой". Где-то написали, что это авторская программа моя. Нет, это не моя авторская программа. Это идея Пятого канала. Хотя, несмотря на тот сценарий, который я получаю, разговор часто идет не по этому сценарию. И разговор так поворачивается иногда….
- Скажите, сниматься в рекламе в актерской среде считается неприличным?
- Мишка Боярский однажды сказал: "Вот дадут миллион, пойду сниматься в рекламу, только я не буду рекламировать, наверное, презервативы, хотя против них ничего не имею". Но просто это странно… Либо моя мама пошла бы рекламировать… Ну я не знаю, что…Маме предлагают, приходит сценарий. Говорят: "Нина Николаевна, большая главная роль, бандерша, у неё 200 проституток". Она говорит: "Да мне уж немножко как-то неудобно. После ролей, которые она сыграла в кино вдруг бандершу играть!"
- А как вы относитесь к тому, что Ваня активно снимается в рекламе. Например, в рекламе "Актимель"?
- Сейчас он не снимается. А "Актимель"…. Ребята платили хорошо… А потом, он же все эти рекламы сам же и выдумывал. И, по-моему, очень обаятельно в них играл. А потом, что плохого, "Актимель" рекламировать? Пока не появились его программы в последнее время, он был популярен благодаря "Актимель". Потому что, когда тебе двадцать раз за день показывают эту рекламу, ты волей-неволей запомнишь этого красивого высокого мальчика. У многих людей представление, что он - "Актимель", что не артист никакой.
Когда Андрюшка Макаревич ещё в первый раз хотел покидать программу "Смак", я с ним, полгода вел её. Я говорю: "Андрюшка, давай уже либо отдавай программу, либо веди один, потому что я не понимаю, почему нас двое-то на кухне? Что мы с тобой два странных мужчины, вдвоем с утра на кухне? Я понимаю: ты и гость. А вдвоем-то что?" А хотел он это сделать вот почему. Потому что провели какой-то опрос. И 30% ответили, что он музыкант, а 70 % ответили, что он повар. Ему это не понравилось. А потому что вся страна смотрит программу Первого канала "Смак". Чудовищная сила - телевидение.
- Спасибо вам большое. Вы очень откровенный человек.
- А что мне скрывать? Я ж не шпион, не бандит. То, что я зарабатываю, я это делаю своим трудом и своим ремеслом, самое главное. Мне кажется, что я занимаюсь своим делом. Оно мне приносит радость, это самое главное. Деньги - дрянь.