Канадская мечта. Как советский эмигрант Ростислав Кисиль стал олигархом в Канаде

— Оказаться в определенное время в определенном месте с определенной идеей — одно из условий успеха. Мне это удалось. Хотя я — типичный продукт советской системы: инженер из семьи сельских интеллигентов, окончил школу с золотой медалью, техникум — с отличием. Был комсомольским вожаком и неформальным лидером как в школе, так и в институте. На эту «системность» наложилась также здоровая национальная генетика: мой отец и его родной брат имели предпринимательский дар и, безусловно, немного фарта. Мне его досталось  чуть больше, чем родственникам.

С какой суммой в кармане вы в 1988 году улетали в Канаду?

— Денег совсем не было. Тогда доллар в кармане был преступлением, а я очень хотел перелететь через океан без приключений. Отправился в Канаду с одной целью: посмотреть на пузатых капиталистов-эксплуататоров и привезти домой подарки от дяди Степана. Но там за четыре недели мое мировоззрение вдруг перевернулось вверх ногами. Это произошло после того, как благодаря дяде, активному и авторитетному в диаспоре человеку, главе КУК (Конгресса украинцев в Канаде) в Ошаве, недалеко от Торонто, я посетил националистические собрания. Там говорили о духовных ценностях: независимой Украине и желании помочь материально своим родным в советском государстве.

—  Большую часть жизни приходилось проводить в дороге

Как это практически можно было осуществить, ведь еще существовал Советский Союз?

— Дядя к тому времени уже работал по проверенной схеме. Представители диаспоры давали ему доллары для родственников в Украине. Степан Кисиль через надежных партнеров, у которых в Советском Союзе и Европе был бизнес, конвертировал их по принципу взаимозачета в рубли, то есть физически деньги не пересекали границу. Партнеры на местах покупали за эти средства продукты или вещи для адресатов-родственников и затем развозили их по Союзу. Тогда доллар к рублю обменивали по курсу 1 к 3. Дядя, занимавшийся этими операциями, оставлял себе честно заработанные комиссионные — один рубль. Когда я узнал от него об этой схеме, понял, что могу сделать и лучше, и эффективнее.

И что вы в ней усовершенствовали?

— Увеличил ее масштабы. Когда отправился в Канаду, коллеги посоветовали купить компьютер. Потому что если за океаном в это чудо техники вкладывался один доллар, то после продажи компьютера в Украине он превращался в 12 рублей. Это обещало сверхприбыль. Тогда у дяди как раз накопилось $10 тыс., которые он готовился передать в Украину через свою конвертационную схему. Дядя должным образом оценил мой усовершенствованный вариант и предложил мне эти $10 тыс. по «семейному» курсу 1 к 5. Счастливый, я купил на эти деньги шесть компьютеров и отправился в Москву. Но, к сожалению, первый блин вышел комом. Когда в конце февраля 1988 года с этим драгоценным грузом прилетел в Шереметьево, советская таможня арестовала мою технику. В страну разрешено было ввозить только один компьютер. В тот день я окончательно разлюбил остатки «развитого социализма» и стал убежденным рыночником.

Вы подарили эти компьютеры таможне?

 — Нет. В Канаде тогда было несколько структур, имевших официальный карт-бланш на пересылку в Украину определенных вещей. Дядя по моей просьбе договорился с этими предприятиями, уплатил налог, и я смог забрать задержанные компьютеры. Но эта процедура растянулась на целых 5 месяцев. Драгоценное время было потеряно.

Как же оправдывались перед украинскими родственниками канадцев, ждавших деньги из-за океана?

— Я был в отчаянии. Личных доходов не было. Вернувшись из Канады, ушел с перспективной должности начальника участка строительного управления, оставив на работе главный документ строителя социализма — трудовую книжку, с помощью которой меня и хотели удержать на предприятии. Чтобы спасти репутацию перед канадцами и вернуть 40 тыс. рублей, пришлось искать кредиторов, которые бы одолжили мне эту сумму. Знакомые посоветовали обратиться в кооператив «Сервис», занимавшийся продажей и обслуживанием оргтехники. Я искренне рассказал о своей проблеме, нарисовал оптимистичные перспективы канадско-украинского бизнеса, и владельцы «Сервиса» дали мне нужную сумму авансом. Но при условии, что я затем продам им компьютеры по курсу не 1 к 12, а 1 к 8.

В последующие месяцы мы работали по дядиной схеме, но улучшали ее прибыльность благодаря компьютерной составляющей. Степан Кисиль переводил деньги в Европу, там на них мы приобретали оргтехнику, доставляли ее в Украину и продавали из расчета 1 к 8-10, потом отдавали деньги родственникам канадцев по курсу 1 к 4-5, а свой остаток пускали в развитие бизнеса.

В Канаде к тому времени насчитывалось не менее десяти фирм, предоставлявших аналогичные услуги и работавших на рынке много лет. Но в их бизнесе были слабые места: они выполняли заказы в течение 3-6 месяцев и не имели в Украине постоянных структур, которые принимали бы почтовые отправления. Эти недостатки канадских почтовых операторов я и сделал своими главными преимуществами. Предложил клиентам молниеносный сервис: выполнение заказов до трех дней. В то время не было ни факсов, ни интернета, так что мы формировали письменный заказ и передавали информацию телетайпом. В соответствующем месте ее принимали и воплощали в деньги или товар.

Но из-за таких полутеневых по тогдашним меркам операций мы находились в зоне постоянного риска. Поэтому в 1989 году двое владельцев «Сервиса», дядя и я решили создать совместное советско-канадское предприятие «Мост», которое официально переправляло бы товары и деньги из Канады в Украину. В 1989-м подали документы на регистрацию первого в СССР советско-канадского СП «Мост». Процесс был как первые роды — трудным и продолжительным. Документы мы подавали во Львове, а регистрировали предприятие в Москве. Всех соучредителей «Моста» проверяли до десятого колена, так что необходимые документы мы получили через год. А в довесок — полковника КГБ, которого органы закрепили за нами. Слава Богу, он был львовянин. Не вмешивался в работу нашего предприятия и был эдаким внештатным членом правления, функции которого сводились к нечастым визитам на «Мост», чтобы посмотреть, чем мы занимаемся. Параллельно за океаном было создано одноименное канадское предприятие.

Зачем вам понадобились партнеры в этом априори выгодном семейном деле?

— Они всегда могли подстраховать почтовый бизнес наличными, которые зарабатывали на других сделках.

Почему потом вы ликвидировали «Мост», ведь можно было ограничиться только выходом из него партнеров?

— Тогда наше СП было антигероем некоторых газетных публикаций. СМИ писали, что «Мост» занимается спекуляцией и валютными операциями. Масла в огонь подливали обвинения якобы в родственных связях нашего предприятия с медиахолдингом Гусинского «Мост-Медиа», основанным в это время в России. Поэтому, закрыв «Мост», я одним выстрелом убил трех зайцев: избавился от отрицательного имиджа, партнеров и условного контроля со стороны органов безопасности. Партнеры со своей стороны не против были расстаться. Советско-канадский бизнес раскручивался тяжело, а были и более выгодные направления деятельности. Например, мы также закупали пшеницу в Казахстане, перерабатывали ее на Львовском ликеро-водочном заводе и экспортировали готовые спирт и водку в Россию. С партнерами разошлись полюбовно: я ушел из зернового бизнеса, в котором имел 25%, а они — из советско-канадского. Дядя, которому к тому времени исполнилось 64 года, также отошел от дел.

Когда вы остались «одним в поле воином», что в первую очередь сделали?

— Расставание с партнерами лишило меня финансовой поддержки. Я мог развивать бизнес настолько, насколько позволяла сумма, «инвестированная» в него диаспорой. Поэтому первой моей задачей было вместо одного агента в лице родного дяди создать сеть партнеров по всей Канаде, которые принимали бы деньги и заказы от украинцев-канадцев. Ради этого я на три месяца отправился за океан.

В соседних с Торонто городках нашел предпринимателей, у которых был свой бизнес: магазины, турбюро и т. д., и соответственно постоянная клиентура. Причем это были не просто коммерсанты, а лидеры украинской общины, иначе к ним не пошли бы люди. У партнеров также был интерес к нам: возможность предоставлять дополнительную услугу, которая привлекала бы к себе новых клиентов. Агентские филиалы создавались мною часто, быстро и в большом количестве. Приоритетными были города с более тысячей клиентов или хотя бы одной украинской церковью. Но поскольку я был новичком в Канаде, в этих переговорах часто решающим аргументом становился авторитет моего дяди, которому люди верили и доверяли. Агенты получали 10-15% комиссионных от суммы заказа, в то время как я — свыше 20%. Однако и график работы был очень тяжелым: несколько месяцев я работал в Канаде, а несколько — в Украине. Когда же сеть уже была сформирована, в 1992 году зарегистрировал украинско-канадское СП «Росан».

У нас была триединая цель: во-первых, помочь украинцам в диаспоре, во-вторых, развить ее инфраструктуру и, в-третьих, инвестировать в Украину. «Мост» в Канаде и США стал не только бизнесом, но и идеологией, во главе которой — украинский дом, украинское дело.

Изменилась ли у вас технология работы вследствие такой реструктуризации?

— Новые предприятия сосредоточились на выгодной каталоговой торговле. Продукты питания, одежду, технику канадские украинцы могли заказывать для своих семей по каталоговым реестрам. Особенно актуальными были продуктовые наборы, потому что тогда в Украине, кроме морской капусты и кильки, в магазинах ничего не было.

А если канадец, к примеру, хотел подарить родственнику в Украине, скажем, «девятку»?

— Привозили мы их непосредственно из Канады. Эти модели там стоили почти вдвое дешевле, чем в Украине, потому что Союз хотел присутствовать на канадском рынке даже ценой невероятного демпинга на свои неконкурентоспособные автомобили. Тогда было золотое время для бизнеса: понятия «растаможивание» не существовало как такового, в правовом поле царил хаос. Усилия законодателей прежде всего направлялись на создание государственных документов и только потом на налоговые законы. Таможенные ограничения начались только в 1993-1994 годах.

Новым правилам игры, наверное, лучше соответствовало гражданство Канады, принятое вами?

— Причина не в этом. До 1995 года я был гражданином Украины и ездил в Канаду по рабочей визе. Жил и работал в дороге. У меня была тяжелая жизнь. В Канаде садился в автомобиль, ехал в США, находил там агентов, возвращался в офис, потом самолет и в Украину. По этому графику можно было бы жить и дальше, если бы не моя семья. Дети уже достигли школьного возраста. А если вы в Канаде визитер, ваши чада в школу там не пойдут. Я должен был подавать документы на получение статуса эмигранта.

Быстро получили его?

— Нет. Процедура растянулась на несколько лет — теперь меня проверяла уже канадская служба безопасности. Ей было непонятно, как эмигрант из Украины за год раскрутил бизнес, который достиг оборотов в десятки миллионов долларов. Поэтому даже в украинской диаспоре было много «доброжелателей», писавших на меня доносы в соответствующие инстанции, обвиняя в использовании коммунистических денег и связях с КГБ.

Какие самые большие ошибки вы допустили при создании почтового бизнеса?

— Все надо было делать агрессивнее, интенсивнее и быстрее. Мешали сомнения и нерешительность: делать или не делать? Поэтому сеть агентов формировалась очень долго. Необходимо было этот процесс ускорить, тогда отдача могла быть быстрее, а значит, и больше. В 1994 году СП «Росан» укрепило свою позицию на рынке новым видом услуг — денежными переводами. Эта деятельность в Канаде и США очень строго лицензируется. Чтобы получить на нее разрешение, в каждом штате, где работаешь, нужно иметь статус финансового учреждения. А это означает обязательный строгий мониторинг каждые три месяца за нашей деятельностью со стороны финансовых учреждений соответствующих штатов, большой бонд в банке каждого штата (они разные: от $100 тыс. до $l млн), ежегодный аудит-контроль и положительное сальдо.

В Украине такие «почтовые» требования либеральнее?

— СП «Росан» было законодателем моды — первой частной компанией в Украине, получившей почтовую лицензию. Мы помогали Минсвязи перенести западный опыт в украинские реалии и работали над созданием законов, в частности «О частных почтовых операторах».

Как вы выдерживаете конкуренцию с такими компаниями, как Western Union?

— У нас есть локальная сеть представительств, также используем гибкие маркетинговые ходы. Например, если в определенных городах у нас нет сильного агента, а Western Union там рекламируется по более низким тарифам, тогда уменьшаем цену. Поэтому в одних регионах мы дешевле, чем Western Union, а в других — дороже.

На какой рейтинговой позиции в вашем почтовом бизнесе сегодня располагаются денежные переводы?

— По оборотам — на самой высокой, а по доходности лидируют международные почтовые отправления. Ежегодно через нас проходит более 700 тыс. таких заказов.

А что чаще всего пересылают?

— Преимущественно одежду, поскольку цены на нее в Украине вдвое выше. Мы передаем посылки из рук в руки: забираем за рубежом в своих представительствах и на собственном автотранспорте доставляем в определенное место, грузим в большие машины, проходим таможенное оформление, привозим в Украину и вручаем адресату. С 2005 года наша фирменная сеть, аналогичная канадской или американской, работает в 6 европейских странах, где есть украинские гастарбайтеры последней, четвертой волны. Среди украинцев за рубежом торговая марка «Мост» не менее популярна, чем Coca-Cola или McDonald’s для американцев. По объемам денежных переводов из Америки и Канады мы занимаем вторую позицию в Украине после Western Union (за год через нас проходят десятки миллионов долларов).

Но это не единственный ваш бизнес...

— Каждые два года я создавал в Украине новое предприятие: 1993 год — «Росан-Довира» — первая в Украине компания по приватизации государственного имущества (сейчас — «Росан-Капитал»), 1996-й — «Росан-Пак» (выпускает более 500 видов пищевой пластиковой упаковки, занимая 75-80% соответствующего рынка в Украине), 1997-й — «Мост-Тур», 1999-й — «Росан-Агро». Теперь эта периодичность сократилась во времени — создаем два предприятия в год. «Мост-Экспресс», занимающийся конечной доставкой малогабаритных грузов в Украине и имеющий более 300 машин и 34 филиала, за два года стал одним из лидеров логистики. Другие предприятия: «Росан-Глобал», «Мост-Тур», «Западные Украинские авиалинии» и др. — также создавались на средства диаспоры. Я только распорядитель-управляющий этих денег и структур. В 2005 году, когда понял, что руководить 18 юридическими лицами и бизнесом в 12 странах один не смогу, создал управленческую компанию. Сегодня работаем над организацией паевых венчурных фондов и выходом на рынок внешних частных инвестиций.

Какая часть бизнеса — канадская или украинская — более успешна?

— В Канаде бизнес уже сформирован и работает на прибыль, в Украине — на стадии развития. Наша цель — не извлекать прибыль, а капитализировать ее. Например, из Росан-Пака никогда не забирали ни одного доллара, из Росан-Агро — тоже. Это те виды бизнеса, в которые рано или поздно придет (в Росан-Агро уже пришел) стратегический инвестор. Сейчас я занимаюсь только новыми направлениями бизнеса, которые мы начали в последние годы и инфраструктурно развиваем. Одна из главных моих задач — укрепить их квалифицированными менеджерами. Вообще капитализация украинской части бизнеса, по разным оценкам, сегодня составляет около $100 млн.

Есть ли сейчас в Канаде ниши, которые еще можно использовать для быстрого и успешного украинского бизнеса?

— Украинский рынок фактически занят «Мостом». Кроме основного, почтового бизнеса, он объединяет продуктовые магазины и энтертейнмент, который включает в себя фестивали, концерты, дискотеки, шоу-программы, ночные клубы, медиа. Три года назад «Мост» создал общественную организацию «Четвертая волна», которая помогает новым эмигрантам из Украины адаптироваться и интегрироваться в рынок. Я не знаю, что еще можно придумать.

Персона

Ростислав Кисиль, владелец финансово-промышленной корпорации «Росан»

Родился 15 марта 1960 года в с. Голышев Жидачивского района Львовской области

Образование: окончил Львовский политехнический институт (1984 год) по специальности «инженер-строитель»

Чем гордится: тем, что создал крупную международную корпорацию, объединяющую украинцев

За что стыдно: за разлуку с семьей, которая осталась в Канаде — лучшей для жизни стране

Кредо: быть нужным людям

Хобби: работа, эзотерика, горы, путешествия, подвижные виды спорта

Последняя прочитанная книга: Робин Шарма «Монах, который продал свой «Феррари»

Заработная плата: $200 тыс. в год

Компания

ФПГ «Росан» объединяет 18 предприятий: почтовый оператор «Росан», КУА «Росан-Капитал», ИК «Росан-Инвест», таможенно-лицензионная компания «Росан-Глобал», строительная компания «Росан-Строй», оператор доставки малогабаритных грузов «Мост-Экспресс», компания пассажирских перевозок «Мост-Европа-Туринг», туристическое агентство «Мост-Тур» и др.

Количество работников: 2 тыс. человек

Доход за 2007 год: более $100 млн