Маленький свечной заводик стал бизнесом Ирины Крамаренко — компанией «Свечной двор»
Ирина Кромаренко в окружении свечей собственной производства.
Источник:
Ирина Крамаренко всегда была амбициозной. Когда на последних курсах психфака МГУ в начале 1990-х она искала работу, то рассматривала предложения только с высокой зарплатой. Так, через газетное объявление, стала помощником гендиректора в автомобильной компании «Авто-максимум». Пусть в числе требований к кандидату значилось уверенное владение компьютером и свободный английский, Крамаренко получила работу, не имея этих навыков.
В первый же день начальник дал ей задание сделать в Word табличку с данными по всем сотрудникам размером с сигаретную пачку, чтобы умещалась в бумажник. Она делала ее неделю. «Кто мне только не помогал! Мы всем отделом выравнивали границы, чтобы получить точный размер. Под конец к делу присоединился даже сам начальник», — смеется Крамаренко. Через неделю мучений она великолепно владела компьютером.
Второе испытание — английский — преодолела после того, как шеф, который часто уезжал в заграничные командировки, стал давать ей задания через электронную почту. Каждый вечер, заканчивая основную работу, она со словарем переводила его вопросы и свои ответы порой до одиннадцати ночи. Через полгода упорных ежевечерних тренировок английский был освоен на приличном уровне.
Но главным достижением тех времен сама Ирина считает работу со своим руководителем Святославом Райковым. От него она усвоила главный урок: бизнес возможен без огромных капиталовложений, но в основе должна лежать уникальная идея. Райков приехал в Россию из США в 1985 году с чемоданчиком автопринадлежностей на $20, и буквально в гараже начал создавать свой бизнес по ремонту автостекол, которые тогда никто не умел чинить, и на этом построил империю. «Раньше я думала, что для своего бизнеса нужно очень много денег. А тут увидела реальный случай, как постепенно, с нуля можно построить бизнес, причем разнопрофильный», — восхищается бывшим руководителем Крамаренко. Райков всегда выбирал только уникальные идеи, какие раньше не было, а когда бизнес начинал приносить доход, он обучал этому других, продавая стартовые комплекты в регионы.
Дальше в судьбу Крамаренко вмешался случай. Проработав год, в 1995-м она поехала на очередную автомобильную выставку в Америку, получив полугодовую визу. В то время это была удача, к тому же в Сиэтле у компании была своя квартира, денег на жизнь хватало, и Ирина решила не упускать момент: в Америке писала диплом, вплотную занялась английским, потратив первые три месяца на интенсивное изучение языка. Однажды ее соседка принесла домой килограмм парафина и в кастрюле, добавив чуть-чуть красителей, за час изготовила красивую свечку — подарок родителям бойфренда. «Я любовалась ее работой, это было так красиво и необычно», — говорит Ирина. Это был, вспоминает она, «настоящий переворот в сознании»: раньше свечи представлялись ей либо как тоненькие церковные, либо как небольшие огарки, которые хранят в доме на случай, если отключат электричество.
В Америке она обнаружила множество специализированных магазинов свечей. Оказалось, свечи у американцев использовались во всех домах и считались вполне удачным подарком. «А что у нас можно было подарить в то время? Женщине — парфюм и колготки, мужчине — ремень. Вот и весь набор подарков», — вспоминает она. Все сошлось: уникальность идеи — свеча как подарок для российского потребителя — и простота изготовления. Шеф с одобрением отнесся к инициативе своей помощницы, и оставшиеся три месяца в Штатах она занималась подготовкой своего будущего свечного производства: изучала рынок, прошла курс обучения и стажировку на одном из свечных предприятий во Флориде, где научилась лепить даже самые сложные «резные» свечи и вступила в американскую ассоциацию производителей свечей. В Москву она вернулась с чемоданом, полным формочек, каталогов и прочих реквизитов для открытия свечного цеха. «Тогда в нашей стране разве что с парафином проблем не было», — вспоминает Ирина. Райков выделил инициативной помощнице 20-метровый гараж, где она за один день слепила первую партию резных свечей — 20 штук. А потом обзвонила множество магазинов с предложением взять их на реализацию. Товар ушел влет. «Это был грандиозный успех, и я продала их дорого, за основу беря американские расценки, $7 за свечу, а на рынке тогда сравнивать было не с чем», — вспоминает Ирина.
Через полгода штат «свечного заводика» составлял уже 5–6 мастеров, и Ирина решила отделиться: в мае 1998 года она стала хозяйкой собственной компании. «Я уже могла себе это позволить — и аренду помещения, и оплату бухгалтерии», — говорит Крамаренко, оценив свои инвестиции в «самостоятельно плавание» в $1000. Дефолт 1998 года не сильно подорвал бизнес: он случился аккурат накануне начала сезона, а за два года работы Ирина уже знала, что с апреля до сентябрь — «мертвый сезон», во время которого работникам тоже нужно платить зарплату, так что деньги на поддержание производства у нее были. Урон от того дефолта Крамаренко оценивает как «переход от сверхприбылей к просто прибылям». Кризис 2008-го оказался более жестким — рухнул банк, в котором был открыт счет, уменьшилось количество корпоративных заказов (свечи в качестве корпоративного сувенира или подарка). Приходилось очень много работать, чтобы остаться на плаву. Ну а правилам своего первого начальника она следует до сих пор, обучая организации свечного производство тех, кто хотел бы начать такой бизнес. Есть результаты: более 70 компаний по всей стране построили свои «свечные заводики».
Продукция «Свечного двора» высоко ценится корпоративными клиентами, частными покупателями, сетевыми магазинами (производимые компанией свечи можно купить в супермаркетах «Перекресток» и «Седьмой континент»). Производство растет. Сейчас у Крамаренко три цеха и 45 человек в штате, из них 25 непосредственно отливают свечки. Причем вся работа и по отливу, и по росписи до сих пор ведется только вручную. Что не мешает «Свечному двору» выпускать около 150 тысяч свечей всех цветов и размеров в год. А ведь начинали с 2,5 тысяч. Правда, рост не слишком отразился на доходах: теперь вместо стартовой маржи в 150% рентабельность производства упала до 30-40%. Причина проста: индустрия подарков заработала в полный рост, и конкуренция — особенно со стороны китайской продукции — увеличивается с каждым днем. Это не мешает Ирине развивать бизнес. Уже несколько лет подряд она создает новые коллекции четыре раза в год: есть тематические (например, свадебная, восточная коллекции), а есть и функциональные — например, большие свечи, которые дают высокий огонь для загородных домов. В этом сезоне, по словам Крамаренко, модно жечь свечи в парафиновом сосуде, наполненном восковым песком.