Кипрский шок: русский код
Кто забыл, тогда, в 1962 году, Хрущев тайно разместил баллистические ракеты на революционном острове. Кеннеди возмутился, начал блокаду. Две недели мир на волоске висел от ядерной войны. Стратегические бомбардировщики уже в воздухе были, флот на флот шел стенкой. В конце концов, отступили оба. СССР убрал свои ракеты с Кубы, США свои — из Турции и Италии. «Горячую линию» Белый дом — Кремль тогда же провели. Про Кубу, правда, забыли, с тех пор осталась там база Гуантанамо, пригодившаяся пятьдесят лет спустя в «войне с террором». Я тогда еще пешком под стол ходил, но и сейчас мурашки бегут по коже, когда вспоминаю леденящее выражение на лицах взрослых.
Какая параллель с Кипром? Кипр даже не член НАТО, хотя и играет важную роль моста в операциях Запада на Ближнем Востоке и в Афганистане. Параллель в том, что впервые происходит прямая конфронтация Европы с Россией. Не НАТО, а именно Европейского Союза, даже уже — стран еврозоны.
И если еще суживать — Германии. Что означает конфронтация Германии и России можно и не объяснять.
Германия как главный мотор европейской экономики, главный плательщик по векселям забуксовавших экономик южной Европы была главным автором необычного, даже беспрецедентного сценария кипрского бейлаута. Никогда прежде не трогали святое — личные вклады на относительно небольшие суммы до 100 тысяч евро. До этого порога вклады гарантировались не только кипрскими властями, но и по всей Европе и во многих странах мира. Теперь на священную корову впервые замахнулись: не налог, а прямой конфискационный сбор прямо со счетов вкладчиков, включая и иностранных.
Объяснение настолько же простое, насколько и не проговоренное. Если собирать необходимые для спасения кипрской экономики 16 млрд (10 млрд от ЕС, остальное самим) обычными инструментами — через налоги, сокращение государственных расходов, новые займы, выпуск казначейских обязательств, то иностранные вкладчики могут оказаться вне поля досягаемости, да и долго получится. Если же ввести прямой сбор, то, как заметил с ошарашивающей откровенностью один немецкий финансист, «выйдет гораздо эффективнее».
Европейский пакет, конечно же, никакой не налог, а именно сбор, пеня. То, что пострадают жители небольшой европейской страны с населением в 1,1 миллиона и с ВВП в 0,2 процента от общего ВВП еврозоны, — это большая Европа должна пережить. То, что в корне подорвано доверие к «социально-справедливой» идеологии выхода из кризиса, что же, с этим можно будет потом разбираться.
Но почему именно с Кипром так поступают? Вот тут и возникает «русский код»: европейскую экономику подрывают сомнительные российские деньги. А втекают они в нее через Кипр. По этой логике финансовая помощь Кипру — это помощь отмывателям денег из России. И львиную долю этой сумму — 2 миллиарда евро из 10 — оплачивать будет Германия.
Цифры, циркулирующие сейчас в печати как иллюстрация масштабов проблемы, взяты из секретного доклада германской разведки BND. Оттуда о том, что 80 млрд долларов выведено из России в 2011 году и что на счетах российских вкладчиков в кипрских банках 26 млрд долларов при кипрском ВВП в 23 млрд.
Доклад быстро перестал быть секретным — его содержание опубликовал осенью прошлого года журнал Der Spiegel. Добавив, что аналитики BND тщательно обсуждали свои выводы с экспертами «тройки» — Европейской комиссии, МВФ и Европейского центрального банка, готовившими бейлаут.
То, что часть, и, возможно, значительная, русских денег, переливаемых через Кипр в Европу, имеет сомнительное происхождение, наверное, правда. Hermitage Capital утверждает, что там осела и часть денег от аферы, которую расследовал Сергей Магнитский.
Но так же, наверное, правда и то, что через Кипр ведутся вполне законные и взаимовыгодные деловые операции между Европой и Россией. Такие, которые создают основу для интеграции и стабильности. Поиски выхода из финансового кризиса — это одно. Борьба с отмыванием денег и международной преступностью — другое.
В «русской кодировке» кипрского кризиса опасные зерна.