Состоятельные, но беднее первых толстосумов

ПРЕДЫСТОРИЯ: Новое определение богатства

Когда пресс-секретарь Белого дома Роберт Гиббс объявил, что собирается покинуть  пост, президент сказал, что зарплата Гиббса – 172 200 долл. в год – «относительно невелика». Гиббс входит в 10% американцев с самыми высокими заработками, согласно данным Центра налоговой политики. Так что, как посчитали многие комментаторы и блогеры, его зарплату вряд ли можно назвать скромной. Особенно в стране, «где средний доход семьи в год колеблется в районе 55 тыс. долл., высокая безработица, рекордные масштабы лишения жилья за просрочку по ипотеке, а зарплата для большинства населения в лучшем случае остается на прежнем уровне». Об этом написал в издании Atlantic Джеймс Уоррен. New York Times попросила Центр налоговой политики подсчитать распределение доходов среди домашних хозяйств в Америке в 2010 году. Результаты оказались неожиданными: по сравнению с зарплатами, которые получают соседи Гиббса, имеющие аналогичное образование и профессиональную подготовку, доход пресс-секретаря можно назвать скромным. Между просто богатыми и супербогатыми существует очень большой разрыв. У 90% американцев с доходами ниже Гиббса абсолютная разность годовых зарплат не так уж и велика. Но среди тех 10%, кто зарабатывает больше остальных, резко выражена разнородность в доходах, как и недовольство этих людей. Пока до конца неясно, почему существует подобный отрыв. Комментаторы предполагают, что это результат  налоговой политики, дерегулирования или же особенностей века быстрого технологического развития.

LONNIE SCHLEIN/ THE NEW YORK TIMES Вид из пентхауса на Центральный парк в Нью-Йорке. Самые богатые американцы больше не чувствуют себя очень состоятельными.

Кажется, что объективно богатые люди чувствуют себя сейчас в США бедными.

В статье, опубликованной в Интернете 11 января, экономический редактор New York Times Кэтрин Рэмпелл проанализировала причины, по которым американцы, входящие в 10% самых высокооплачиваемых работников в стране, не считают себя особенно богатыми. Многие люди в этой группе фактически относят себя к среднему классу. Г-жа Рэмпелл изучила данные Центра налоговой политики и установила, что для 95% американцев распределение доходов в 2010 году было относительно однородным. Но на верху шкалы доходов неравенство оказалось более резко выраженным.

Г-жа Рэмпелл так ответила на вопрос, почему столь много людей среди этих 10% не чувствуют себя очень богатыми: «Любой американец, который богаче этой когорты людей, гораздо богаче их».

Я хотел бы несколько развернуть ответ.

Г-жа Рэмпелл думает об обществе как о длинной улице, взбирающейся вверх на холм, где с доходом увеличивается высота.

И каждый житель этой улицы оценивает себя, сопоставляя с соседями по обе стороны от собственного дома, но не в рамках всей улицы.

Г-жа Рэмпелл, кажется, полагает, что люди сравнивают себя только со своими соседями вверх по улице. А поскольку выше холм становится круче, богатые чувствуют себя хуже, так как чем дальше, тем парень справа будет все богаче.

Согласно альтернативной точке зрения, люди сравнивают себя с соседями по обе стороны улицы, но она петляет.

По сути, если вы в середине шкалы распределения доходов, ваш сосед вверх по улице примерно на столько же богаче вас, насколько ваш сосед вниз по улице беднее вас. Но на самом верху это больше не соответствует действительности.

В любом случае разрыв между богатыми и супербогатыми в США очень существенно вырос.

В итоге общество поделилось на победителей и нытиков. Люди, которые не то что хорошо зарабатывают, а зарабатывают значительно больше среднего, тем не менее чувствуют, что они плетутся в хвосте.

Личное замечание: я всегда спокойно относился к огромному неравенству доходов на самом верху. Моя жена, Робин и я, конечно, очень небедные люди. Но другие гораздо богаче.

В Нью-Йорке всегда осознаешь, что не важно, сколько ты получаешь, другие зарабатывают столько, что твои доходы кажутся пустяками.

Так зачем же оценивать себя таким образом?

КОММЕНТАРИИ ЧИТАТЕЛЕЙ С САЙТА NYTIMES.COM

Все относительно

Банкир спросил посла, каков объем ВНП страны. Когда посол сказал ему, он ответил: «О, неужели? В нашем банке это считалось бы ошибкой округления». В конце концов все доходы относительны.

– В.Miller, Белиз

Г-н Кругман, я работаю адвокатом по финансовому праву, и мне очень хорошо платят (я, наверное, вхожу в 5% самых высокооплачиваемых сотрудников в Японии). Но я и мои коллеги работаем весь день напролет с инвестиционными банкирами и профессионалами в управлении частным акционерным капиталом, которые по доходам входят в 1% работников с самой большой зарплатой.

Я, например, решил поселиться в районе, где живет средний класс, и ездить общественным транспортом. Мои соседи – учителя и офисные служащие. Каждый день я оглядываюсь вокруг и чувствую себя богатым, вместо того чтобы завидовать.

– А., Япония

Если посмотреть на семью по крайней мере из двух взрослых и одного ребенка, то с учетом прогрессивных ставок налога, выплат по студенческим займам, близкой к нулю финансовой помощи за оплату обучения в колледже, а также роста расходов на медобслуживание, не говоря уже о снижении собственного капитала, людей, входящих в первые 5%, можно в лучшем случае считать средним классом. Никаких европейских каникул, швейцарских шале или элитных подготовительных школ для семей, где больше одного ребенка. Эти профессионалы работают всю неделю в условиях большого стресса, чтобы заработать 150 тыс. долл. в год. Они живут, понимая, что в отличие от своих родителей им не стоит надеяться на «золотые годы» на пенсии.

Большинство из нас не завидуют супербогатым и не чувствуют превосходства над бедными. Мы живем в условиях стресса, испуга и разочарования из-за того, что система, в которую мы столько вложили, оказалась царством обмана.

– K.J.W., Филадельфия

Неравенству доходов должны быть пределы. Это ненормально, когда образованному человеку приходится работать на двух работах, чтобы получить 50 тыс. евро в год, в то время как другие зарабатывают миллионы евро, работая неполный день менеджерами в фондах.

– Без имени, ФРГ

Помню, как однажды я ехал по Амальфийскому побережью в Италии и думал, что мог бы чувствовать человек, дом которого отстоит немного дальше от лучшей части побережья, чья яхта самая маленькая среди его коллег по загородному клубу и чей бюджет не потянет самолет, а только вертолет.

– К.Н., Великобритания

25/01/2010